Стенограмма вступительного слова и ответов на вопросы СМИ Министра иностранных дел России С.В.Лаврова на пресс-конференции по итогам участия в Ежегодной конференции ОБСЕ

С.В.Лавров: Считаю состоявшееся обсуждение полезным. Естественно, мы не нашли решения всех вопросов. Но думаю, что изложенные нами дополнительные аргументы в развитие инициативы Президента Российской Федерации Д.А.Медведева о заключении Договора о европейской безопасности, который охватывал бы в качестве участников не только все государства евро-атлантического пространства, но и все действующие здесь организации, были услышаны. 
В ходе состоявшейся дискуссии задавали уточняющие вопросы, на которые мы ответили. Но в основном всех беспокоила ситуация с целым рядом практических областей, в которых наблюдаются угрозы и риски. Это и кавказский кризис, и что привело к нему, и как из него выходить, это и ситуация вокруг Договора об обычных вооруженных силах в Европе, и положение дел в борьбе с терроризмом, наркотрафиком, организованной преступностью. Полагаем, что идея Договора как раз и направлена на то, чтобы устранить системные проблемы, отсутствие решения которых сковывает наши действия по многим направлениям, прежде всего, по вопросам обеспечения безопасности во всех ее аспектах, будь то принципы, на которых строятся основы безопасности, будь то контроль за вооружениями в Евро-Атлантике, будь то подход к урегулированию конфликтов, будь то подходы к более эффективной борьбе с новыми вызовами и угрозами. Все эти блоки предлагается зафиксировать в том Договоре, с инициативой заключения которого выступил Президент Д.А.Медведев. Будем продолжать эту работу. 
Параллельно звучала тема всеобъемлющего измерения безопасности и военно-политической, и экономической, и экологической, и гуманитарной. Это важная тема, которую будут обсуждать в ходе неформальной встречи, которую греческое председательство через несколько дней созывает на о.Корфу. Мы же сегодня разъясняли необходимость устранения системных пробелов в сфере «жесткой безопасности», в сфере военно-политической безопасности. Это один из важнейших блоков, который лежит в основании ОБСЕ и который сильно «просел». Поэтому здание нужно спасать и укреплять этот краеугольный блок. 
Встреча была полезной, мне стало более понятно, как работает ОБСЕ. Надеюсь, членам ОБСЕ, участникам дискуссии стали более понятны российские аргументы. Надеюсь, что все это будет изучено в столицах участников Организации. 
Вопрос: Вы упомянули, что поступают отклики на российскую инициативу по ДЕБ от многих европейских стран. Как отреагировали США на эти предложения России? 
Второй вопрос о том, что, как представляется, все подобные инициативы спотыкаются об одно – о ситуацию в Грузии, события августа 2008 г. и нынешние события. 
С.В.Лавров: Что касается США, то в совместном заявлении Президентов Д.А.Медведева и Б.Обамы, которое было одобрено ими 1 апреля 2009г. в Лондоне, зафиксирована договоренность рассматривать российскую инициативу о заключении ДЕБ, и эта договоренность будет выполняться. Надеемся, что в Москве в июле с.г. в ходе российско-американского саммита контакты продолжатся. Разумеется, США участвуют и в других формах обсуждения нашей инициативы. Это и существующие в ОБСЕ структуры для целей военно-политической безопасности, это и Совет Россия-НАТО, где после возобновления его работы мы будем активно рассматривать данную тему. 
Что касается Вашего замечания о том, что эта инициатива и попытки ее продвижения спотыкаются на вопросе о Грузии, то действительно многие страны стремятся выдвигать в наш адрес требования, пожелания о необходимости отозвать все решения, которые были приняты российским руководством о признании независимости Южной Осетии и Абхазии, и тогда, мол, будем обсуждать все остальное. Понятно, что это искусственная увязка. 
Инициатива о заключении ДЕБ выдвинута Президентом Д.А.Медведевым 5 июня 2008г., задолго до того, как было осуществлено нападение Грузии на спящий город Цхинвал в ночь на 8 августа 2008г. После того, как эта инициатива была выдвинута, на следующий день 6 июня 2008г. Президент Д.А.Медведев встречался с М.Саакашвили в Санкт-Петербурге и начал эту встречу со слов, что Россия уважает территориальную целостность Грузии и хочет содействовать урегулированию конфликтов на грузинской территории. Он также предложил в качестве неотложного шага согласовать документ, который исключал бы применение силы для урегулирования югоосетинского и абхазского конфликтов. М.Саакашвили согласился. Но потом это согласие увязло в каких-то экспертных консультациях, на которых выдвигались с десяток условий, которые должна выполнить Россия, прежде чем Тбилиси заключит договоренность о неприменении силы. Состоялись телефонные разговоры между Д.А.Медведевым и М.Саакашвили, их встреча в Астане в июле 2008г., в ходе которой грузинский руководитель подтвердил готовность заключить документ о неприменим силы без каких-либо «довесков». А потом все контакты прекратились, была осуществлена агрессия против собственного народа, вернее против людей, которых М.Саакашвили считал собственными гражданами. Все всё прекрасно знают. Все знают о том, что был Приказ №2, который грузинская сторона никому не показывает, несмотря на то, что есть специальная комиссия ЕС, которая хотела бы этот приказ посмотреть. 
Так что это искусственная увязка, которую я могу объяснить только тем, что кто-то еще не хочет признать правду, не хочет признать правду публично. То, что эта правда признается по-тихому, в кругу стран-членов НАТО, в кругу стран ЕС, мы об этом знаем. Да они нам собственно об этом и говорят в ходе двусторонних контактов. Но вот на публику, коллективно они этого сказать не могут. Подождем, время придет, и все встанет на свои места. 
Мы за то, чтобы в новом Договоре среди важнейших принципов международного права однозначно подтвердить уважение суверенитета, территориальной целостности всех его участников, невмешательство во внутренние дела и, конечно же, принцип неделимости безопасности, чтобы никто не обеспечивал свою безопасность за счет безопасности других. Этот принцип провозглашен на высшем политическом уровне в качестве политического обязательства. Но политический характер данного обязательства явно недостаточен, его надо сделать юридически обязывающим. Это главный вопрос, который мы поставили перед нашими партнерами: готовы ли вы сделать принцип неделимости безопасности юридически обязывающим и универсально применимым в Евро-Атлантике? Надеюсь, что мы услышим ответ, потому что пока от этого главного вопроса наши партнеры уходят. 
Вопрос: В ходе заседания прозвучало заявление о том, что ни одно государство не должно обеспечивать свою безопасность за счет других. Но как же сюда вписываются заявления США о намерении создать свой противоракетный щит? Как Россия видит проблему противоракетной обороны в контексте ведущихся переговоров по СНВ? 
С.В.Лавров: Это имеет прямое отношение к принципу о неделимости безопасности, который подписан всеми на высшем уровне, включая США. Этот принцип, к сожалению, в виде политического обязательства не работает. Мы хотим сделать его юридически обязывающим и разработать механизмы, которые обеспечивали бы его применение на практике универсально, а не от случая к случаю: когда кому-то хочется, то применяем, а когда не хочется – не применяем. Безусловно, противоракетная оборона – это часть всей проблематики безопасности, и планы создания баз ПРО в Восточной Европе напрямую затрагивают интересы безопасности и всего региона, и Российской Федерации в частности. Поэтому такие вещи в соответствии с принципом неделимости безопасности необходимо сначала обсуждать и согласовывать с партнерами, если, конечно, подписи, сделанные на высшем уровне, чего-то стоят. 
Что касается проблематики противоракетной обороны в контексте ведущихся переговоров по СНВ, то приглашаю вас ознакомиться с заявлением от 1 апреля с.г., которое Президенты Д.А.Медведев и Б.Обама одобрили в Лондоне. Там содержится логика, согласно которой необходимо продвигаться вперед по пути сокращения стратегических наступательных вооружений, необходимо одновременно с этим разговаривать по проблематике ПРО, и после этого в заявлении подчеркивается, что Президенты поручают Правительствам России и США изучить взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями. Так что взаимосвязь здесь прямая, и она признана. 
Вопрос: В ходе Вашего выступления на конференции Вы заявили, что ни одна страна не может требовать эксклюзивных прав в области обеспечения собственной безопасности. Как же Вы оцениваете в этой связи действия России на Южном Кавказе? 
С.В.Лавров (неофициальный перевод с английского языка): Я сказал, что ни одна страна не имеет исключительных прав в области безопасности. И это не моя цитата, это цитата из Европейской хартии безопасности, которая представляет универсальный принцип, подписанный на самом высоком уровне. Действия России на Кавказе направлены на то, чтобы защитить югоосетин и абхазов и обеспечить их выживание, а не просто их безопасность. Надеюсь, что у вас есть доступ к фактам, подтверждающим то, что на самом деле произошло в Грузии, когда эти регионы еще были частью Грузии, когда грузинский режим напал на Южную Осетию, гражданское население, миротворцев, которые находились там согласно договоренностям, подписанным грузинской стороной. 
Грузия поступала именно так, как было запрещено документами ОБСЕ. Россия же защищала принципы, закрепленные в этих документах. Надеюсь, что принципы ОБСЕ станут священными для всех, станут юридически обязательными для всех, и мы сможем создать механизмы, которые не позволят допустить повторения того, что приказал своей армии М.Саакашвили ранним утром в августе 2008г. 
Что касается Южной Осетии и Абхазии, то их безопасность гарантирована двусторонними соглашениями с Россией. Мы также хотели, чтобы наблюдатели ОБСЕ и ООН продолжили работу в регионе. И если все согласуют компромиссное статусно нейтральное решение, как и предлагала Россия, это будет возможно. Но, к сожалению, наши партнеры по переговорам в Вене и Нью-Йорке были изначально заинтересованы не в прагматичной задаче расширения международного присутствия, а в идеологизированном поиске формулировок, подтверждающих территориальную целостность Грузии. Это не прагматичный подход, который бы мотивировался стремлением помочь людям на местах. Это не наш выбор. Надеюсь, что это не скажется негативно на наших дискуссиях в Женеве. В Абхазии действует ряд международных организаций, таких как ПРООН, ЮНИСЕФ, которые продолжают работать. Абхазию и Южную Осетию регулярно посещает Верховный комиссар Совета Европы по правам человека. Они действуют исходя из желания помочь людям на местах, а не исходя из идеологических предрассудков.