Проблема голода 1932-33 годов в СССР – некоторые международно-правовые аспекты

Голод 30-х годов на Украине украинская сторона пытается сегодня юридически квалифицировать в качестве геноцида. Однако эти трагические события имели место не только до принятия Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него в 1948 г. (вступившей в силу в 1951 г., а для России - 1 августа 1954 г.), но даже и до изобретения самого термина "геноцид" польским юристом Р.Лемкиным в 1943 г.

Как указывается в ст.13 проектов статей Комиссии международного права ООН об ответственности государств за международно-противоправные деяния, никакое деяние государства не является нарушением международно-правового обязательства, если это обязательство не связывает данное государство во время совершения деяния. Следовательно, к событиям, произошедшим до криминализации геноцида этот состав применяться не может.

В соответствии со ст.2 Конвенции о геноциде 1948 г. (ст.6 Статута МУС) геноцидом являются "действия, совершаемые с намерением уничтожить, полностью или частично, какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую.
Ключевым является наличие такого специального признака как прямой умысел. В случае с геноцидом речь идет о прямом умысле уничтожить какую-либо национальную, этническую, расовую или религиозную группу как таковую.

Проблема включения или невключения тех или иных групп в категории жертв геноцида была предметом ожесточенных споров в рамках работ по подготовке Конвенции против геноцида (в том числе на 74-ом и 75-ом заседаниях Шестого комитета ГА ООН 14-15 октября 1948 г.). В итоге большинство государств проголосовали против расширенного толкования данного понятия.
Как следует из текста самой Конвенции о геноциде 1948 г. действия, приведшие к уничтожению национальной, этнической или религиозной группы (или ее части) без намерения добиться такого результата, не являются геноцидом.
Конечно, сложно оспаривать тот факт, что сами по себе преступления геноцида совершались и до первого упоминания этого термина в международном документе, а именно - в резолюции ГА ООН 96(1) (A/RES/96(1) от 11 декабря 1946г.). Таким образом, чисто умозрительно геноцидом можно называть и события, имевшие место до 1951 г. Тогда претензии о компенсации за акты геноцида могли бы быть предъявлены большинству государств. В частности, США и Канаде - за истребление индейцев, Австралии - за истребление австралийских аборигенов, Бельгии - за истребление конголезского населения в период правления Леопольда II, Германии - за геноцид племен хереро и нама в Намибии и т.д.

Известно, что массовый голод начала 30-х годов прошлого века был последствием засухи, насильственной коллективизации и раскулачивания, проводившихся в отношении всей страны, а не одной только Украины. Жертвами голода стали также миллионы русских, казахов, татар, башкир и представителей других национальностей, проживавших в регионах Среднего и Нижнего Поволжья, Северного Кавказа, Центрального Черноземья, Южного Урала, Западной Сибири и Казахстана. Таким образом, от голода тех лет наиболее пострадало население именно нынешней России и в меньшей степени Украины.
Решения о коллективизации и раскулачивании принимались многонациональным руководством СССР и союзных республик. О том, что уничтожение населения Украины не было самоцелью большевистского режима, свидетельствует, в частности, факт предоставления продовольственной помощи регионам и областям, в наибольшей степени пострадавшим от голода. По оценкам историков, в течение первых месяцев 1933 г. Политбюро ЦК ВКП(б) выделило на эти цели до 2,2 млн. тонн семян, продовольствия и фуража. При этом Украинской ССР из них досталось не менее половины.

В книге западных авторов Р.Дэвиса и С.Виткрофта "Годы голода (советское сельское хозяйство в 1931 - 1933 гг.)" отрицается факт геноцида народа Украины на том основании, что, по их данным, в период с февраля по июль 1933 г. УССР и Северный Кавказ получили от государства 265 тыс. тонн продовольственной помощи, тогда как остальные регионы, вместе взятые, - всего 55 тыс. тонн.

Таким образом, учитывая изложенное, можно констатировать, что в рамках международного права отсутствуют какие-либо основания для квалификации голода 1932-1933 гг. на Украине в качестве геноцида украинского народа.