Вопрос: На этой неделе состоится саммит НАТО в Бухаресте, в рамках которого пройдет заседание Совета Россия-НАТО. Отношения сторон очень не простые, в них в последнее время накопилось немало проблем и трудностей. Как Вы можете охарактеризовать сегодняшнее взаимодействие России и НАТО?
С.А.Рябков: Конечно, вы абсолютно правы, отношения непростые. Они простыми, кстати, никогда не были. Они не были простыми, даже когда создавался Совет Россия — НАТО шесть лет назад. Сейчас мы имеем две стороны медали.

28 марта НАТО опубликовала заявление по ДОВСЕ. Этот документ будет тщательно изучен. В нем видны позитивные моменты. Главное – это признание законных озабоченностей России в связи с критической ситуацией, сложившейся вокруг режима Договора, и готовность стран НАТО продолжать их обсуждение. На диалог по всему спектру проблем, связанных с Договором, настроены и мы. Готовы вести его по двусторонним каналам, в контактах с НАТО, в Совместной консультативной группе по ДОВСЕ.

Появление в одной из самых читаемых российских газет развернутого интервью главы соседнего государства можно было бы только приветствовать, если бы не множество, мягко говоря, неточностей, которые допускает в своих высказываниях М.Саакашвили.
МИД России уже приходилось выступать с разъяснениями относительно подлинного содержания разговора президентов России и Грузии в Москве 21 февраля с.г. Мы отмечали, в частности, что тематика неурегулированных конфликтов в ходе этой беседы В.В.Путина с М.Саакашвили в деталях не обсуждалась, и, разумеется, никаких обещаний о том, что Россия «никогда не признает Абхазию и Южную Осетию», грузинской стороне не давалось. Было акцентировано, что Россия продолжит активное содействие урегулированию грузино-абхазского и грузино-осетинского конфликтов в политической и миротворческой плоскостях. Продолжающиеся попытки исказить позицию российской стороны, приписать нам некие политические игры производят, прямо скажем, довольно неприглядное впечатление.

Today, the Ukrainian side attempts to juridically qualify the famine of the 1930s in the Ukraine as genocide. However, these tragic events took place not only before the adoption of the Convention on the Prevention and Punishment of the Crime of the Genocide in 1948 (which entered into force in 1951; in Russia – on August 1, 1954), but even before the very term “genocide” was coined by R. Lemkin, a Polish lawyer, in 1943.

Голод 30-х годов на Украине украинская сторона пытается сегодня юридически квалифицировать в качестве геноцида. Однако эти трагические события имели место не только до принятия Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него в 1948 г. (вступившей в силу в 1951 г., а для России - 1 августа 1954 г.), но даже и до изобретения самого термина "геноцид" польским юристом Р.Лемкиным в 1943 г.